«Ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них»: С. И. Фудель и жизнь «потаенной церкви»

«До познания Бога человек доходит собственными слезами. Не то же ли самое в отношении Церкви?»
            С. И. Фудель. Церковь верных

«Церковь есть собрание учеников Христовых».
            С. И. Фудель. Моим детям и друзьям

Перейти вниз к видеозаписи «Воспоминания о С. И. Фуделе»

Приходя сегодня в храм, верующий человек обыкновенно встречает повсюду один и тот же уклад. В субботу вечером и в воскресенье утром — служба, продолжающаяся по два — два с половиной часа. За пожертвование можно приобрести и поставить свечи; продаются при храме также молитвословы и книги. Богослужение совершается и по большим праздникам, а в больших городских храмах — и в будние дни.

Если пришедший на службу чувствует потребность ближе соприкоснуться с миром церкви, он обычно обращается к священнику. Чаще всего общение со священником возможно в рамках исповеди. В среднем, по подсчетам проректора Православного Свято-Тихоновского богословского института протоиерея Николая Емельянова, такой разговор продолжается «в субботу — 4,5 минуты, в воскресенье — 3,7 минуты».

Однако при чтении Евангелия становится ясно, что жизнь по вере не может этим исчерпываться. Дело, разумеется, не в том, чтобы увеличить количество служб или чаще подходить к исповеди: сказано «Кто Мне служит, Мне да последует; и где Я, там и слуга Мой будет» (Ин. 12:26). Чувствуя, что следовать за воплотившимся, принявшим крестную смерть и воскресшим Господом можно только встретив Его Самого, человек начинает искать такой встречи, начинает искать Церковь как Самого Христа, «ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Мф. 18:20). Митрополит Антоний Сурожский так описывает этот момент своего духовного пути: «Знаете, есть присловье на Афоне, что нельзя бросить всё на свете, если не увидишь на лице хоть одного человека сияние вечной жизни… И вот он поднимался из церкви, и я видел сияние вечной жизни. И я к нему подошел и сказал: не знаю, кто вы, но вы согласны быть моим духовником?» С этим человеком будущий митрополит, тогда еще не монах, решился связать всю свою жизнь1.

Тому, кто после периода поиска переживает радость встречи, когда «небо отверсто» и нет преград для молитвы, хочется не только получать, но и отдавать.

Алеше казалось даже странным и невозможным жить по-прежнему. Сказано: «Раздай все и иди за мной, если хочешь быть совершенен». Алеша и сказал себе: «Не могу я отдать вместо “всего” два рубля, а вместо “иди за мной” ходить лишь к обедне» (Ф.М. Достоевский. «Братья Карамазовы»).

Соответственно, встает вопрос, каким образом такое намерение может воплотиться. Возможные ответы на него проясняются, если взглянуть на жизнь Церкви в ХХ веке, свидетелем которой является Сергей Иосифович.

«Да любите друг друга, как Я возлюбил вас»: Церковь как братство учеников Христовых

Церковь — главная тема сочинений Сергея Иосифовича Фуделя. В определенный момент человек, искавший Бога, «как евреи в сорокалетнем странствии по в пустыне»2, переживает радость встречи с Ним: «“Бог — конец пустыне!” — говорит человек»3. «Верующий не просто “любит” Бога, он “влюблен” в Него. Весь состав его: и сердце, и ум, и воля — трепещут на пороге величайшей человеческой радости — возвращения в Дом Отчий, в Царство Божие»4. В отсветах этой радости весь мир преображается, и даже в самых далеких людях начинает угадываться образ Божий, «луч которого не погасает в человеке до окончательного суда Божия. (А как же иногда удивительно бывает почувствовать в метро этот ясный и нетленный луч! Какая это бывает радость)»5.

Но особенное чудо происходит при встрече с человеком, тоже живущим этой радостью. Встретив в другом ту же божественную любовь, верующий «совершенно неизбежно» узнает в нем родного: «поверившему действительно в Бога, то есть уже реально полюбившему Его, пустыня пути расцветает Церковью»6. «Как же я, возлюбив своего Учителя, не возлюблю Его учеников, как же рука моя в холодной и беспросветной ночи земного странствия не будет искать для опоры их теплой руки?»7. Естественным образом между верующими возникает неразрывная связь: «Церковь есть неизбежность Божественной дружбы учеников Христовых»8. «Вы други Мои», — приводит Сергей Иосифович в этом месте слова Спасителя, сказанные «при основании Церкви в последнюю ночь», — «если исполняете то, что Я заповедую вам» (Ин. 15:14)9. «Сия есть заповедь Моя, да любите друг друга, как Я возлюбил вас» (Ин. 15:12), «один у вас Учитель — Христос, все же вы — братья» (Мф. 23:8), и поэтому «Церковь в ее святом, то есть в ее единственном, единственно реальном смысле», есть братство учеников, соединенных Самим Господом и Его любовью.

По убеждению Сергея Иосифовича, не только монашество и духовенство, но каждый верный член церкви призван к целостной, святой, жизни.

«Веками наше сознание привыкло воспринимать Церковь только как многокрасочный, пышный и великолепный обряд богослужения, которое так легко отстоять и после которого так легко снова войти в свои вековые дела, грехи и печали. <…> И нас очень устраивало, что наше причисление к Церкви так дешево нам духовно обходится».

«Так было до начала новой эпохи в Церкви и истории», когда «церковному сердцу забрезжила заря первохристианства — “теплая заря покаяния”» и «началась новая и, может быть, последняя эпоха церковной истории, которая все больше будет походить на первую»10.

Для Сергея Иосифовича эта новая эпоха, в которую снова будет явственно видна сущность Церкви, связана с возрождением христианской общины: «По какой-то закономерности христианство возвращается в первохристианство не только духовно, но, так сказать, и географически — из деревень в большие города: “Рим” и “Эфес”, “Антиохию” и “Коринф”. Там будут создаваться новые последне-христианские общины, окруженные миллионами неверующих»11.

Христианская община — это собрание людей, которые осознанно ставят следование Иисусу Христу в центр своей жизни и стремятся совместно жить по Евангелию, посвятив себя на жертвенное служение Богу и Церкви. Община объединяется не по организационным соображениям, например, не ради благотворительности, заботы о детях или какой-то иной совместной деятельности, хотя все это и должно, так или иначе, присутствовать в жизни общины, но связана отношениями духовного родства, братства: «Кто матерь Моя и братья Мои? — исполняющий волю Божию, тот Мне брат, и сестра, и матерь» (Мф. 12:49). Поэтому созидание личностных отношений, участие в жизни других членов общины, служение друг другу является исполнением заповеди Христа, новой заповеди: «Да любите друг друга, как Я возлюбил вас» (Ин. 13:34).

Протоиерей Валентин Свенцицкий, слова которого Сергей Иосифович часто приводит в своих книгах, называл отличительным признаком Церкви реальное, сущностное единство ее членов: община есть образ Триединого Бога.

«Когда мы утверждаем, что единство Церкви подобно единству Пресвятой Троицы, мы употребляем не простое сравнение, — мы устанавливаем действительное подобие, уясняющее нам тайну о существе Церкви. <...> Вспомни слова Спасителя: “Отче Святый! соблюди их во имя Твое, тех, которых Ты Мне дал, чтобы они были едино, как и Мы... Да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино. <...> И славу, которую Ты дал Мне, Я дал им: да будут едино, как Мы едино(Ин. 17:11,21—22)»12.

Троица. Андрей Рублев. XV в.

Точно так же для Сергея Иосифовича «Церковь есть собрание учеников Христовых»13. Такое «собрание» всегда конкретно, и все же непостижимо и таинственно. В нем подлинно пребывает Сам Господь, сказавший «Я с вами во все дни до скончания века» (Мф. 28:20). Ведь если «Христос, вознесшись, оставил людям не Свое учение, а Себя Самого», то, значит, «после Боговоплощения уже нет Христа без Его Церкви, уже нет Христа бестелесного, так как “Тело Его есть Церковь” (Кол. 1:24)»14. Он Сам соединяет множество верующих в единый организм. Сергей Иосифович приводит в подтверждение тому слова священномученика Игнатия Богоносца: «Один Иисус Христос… Поэтому все вы (речь здесь идет о поместной церкви, существующей как единая евхаристическая община — Ред.) составляете из себя как бы один храм Божий, как бы один жертвенник, как бы одного Иисуса Христа»15. Такое понимание духовной семьи составляло смысл жизни священномученика Сергия Мечёва, писавшего о непреходящем значении общины. Она собирается не для того, чтобы решать объединенными усилиями те или иные материальные или духовные проблемы, но чтобы вместе войти в вечное общение со Христом: «яко да, вкупе поживши, улучим вкупе и обожение»16.

Можно, следовательно, говорить «о любви как о сущности Церкви», но речь идет не о «чувствованиях отдельных людей»: то, что требуется здесь, человекам невозможно. «В церковное единство нельзя войти своей силой, своим, хотя бы любвеобильным сердцем»17. Необходимо рождение свыше, о котором говорил Христос Никодиму (Ин. 3:7): «Для того, чтобы соединиться с существенным единством Церкви, — надо преодолеть естественную греховную природу падшего человека через новое рождение»18. Тем не менее, именно к такому, превосходящему человеческие силы, соединению друг с другом призваны ученики Христовы.

Такое внутреннее единство не может не выражаться вовне: «Если брат или сестра наги и не имеют дневного пропитания, а кто-нибудь из вас скажет им: “идите с миром, грейтесь и питайтесь”, но не даст им потребного для тела: что пользы?» (Иак. 2:15-16). Поэтому Сергей Иосифович часто вспоминает книгу Деяний, где описываются проявления собирающего людей воедино дара Духа:

Все же верующие были вместе и имели все общее. И продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого. И каждый день единодушно пребывали в храме и, преломляя по домам хлеб, принимали пищу в веселии и простоте сердца, хваля Бога и находясь в любви у всего народа. У множества же уверовавших было одно сердце и одна душа; и никто ничего из имения своего не называл своим, но все у них было общее. Не было между ними никого нуждающегося; ибо все, которые владели землями или домами, продавая их, приносили цену проданного и полагали к ногам Апостолов; и каждому давалось, в чем кто имел нужду (Деян 2:44-47, 4:32-34).

Сошествие Святого Духа. XV—начало XVI в. Новгород

Так в конкретных обстоятельствах жизни — стремлении постоянно пребывать вместе, общении имуществ, совместном участии в Евхаристии, верности Богу и друг другу — проявляется то единство в любви по образу Пресвятой Троицы, которое составляет жизнь Церкви. Не случайно прошение о возрождении такого отношения верующих друг ко другу святитель Афанасий (Сахаров) включил в «Последование об умножении любви»:

О еже поревновати нам древних христиан к Богу и к братиям горящей любви, и наследниками и преемниками тех быти, не образом точию, но детельною истиною, Господу помолимся…19

Итак, подлинная вера в Церковь требует конкретного, практического воплощения. «Но вот тут-то и начинается остановка»20, причины которой ясно выражены в Евангелии:

Когда выходил Он в путь, подбежал некто, пал пред Ним на колени и спросил Его: Учитель благий! что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную?
<...>
Иисус, взглянув на него, полюбил его и сказал ему: одного тебе недостает: пойди, все, что имеешь, продай и раздай нищим, и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи, последуй за Мною, взяв крест.

Он же, смутившись от сего слова, отошел с печалью, потому что у него было большое имение (Мк. 10:17-22).

«Хочет ли человек прекращения своего одиночества?»21. Ведь наряду с верой есть множество других вещей, которые он ценит. Такую раздвоенность души Сергей Иосифович отмечает у самого себя и своего поколения: «и я, и многие из моих современников оказались не готовыми к тому страшному часу истории, в который она тогда нас застала и в который Бог ждал от нас, чтобы мы возлюбили Его больше своего искусства, своего страха, своей лени и своих страстей»22. И поэтому вхождение в Церковь означает переход через границу, которая проходит через сердце самого человека: «всякий из вас, если не откажется от всего, что имеет, не может быть Моим учеником» (Лк. 14:33)23.

Преодолеть свою раздвоенность — такую задачу ставит перед собой человек, решившийся войти в Церковь. Православное богослужение вводит в реальность этой борьбы:

«Что-то, если можно так сказать, есть безжалостное в такой службе ко всем нашим мирским полу-словам, полу-чувствам, полу-молитвам, с оборачиванием все время на себя, на свое настроение или на свою слабость. Тут что-нибудь одно: или уходи, потому что стоять надо долго и трудно, или же бросай свою лень и трусость, сомнение и грех и в священном безумии иди за этими голосами, стройно, и сладостно, и страшно поющими все про одно: “Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душою твоею и всем разумением твоим и всею крепостью твоею!”, “И Ему Одному служи!”.

Стихиры поются сначала отдельно по клиросам, но вот монахи сходятся вместе, и тогда под своды возносится так легко и непобедимо торжествующая песнь: “Ему Одному служи!”»24.

Свидетельства о жизни «потаенной Церкви»

С. И. Фудель сталкивался с разными формами устройства церковной жизни. Однако, хотя он с поразительной глубиной описывает сущность Церкви, из «внешних» данных его биографии остается неясным, воплотилась ли «вселенская дружба учеников Христовых» в конкретной форме в жизни самого Сергея Иосифовича. Имея призвание к служению священника, он не пошел по этому пути; зная мечёвскую «покаянно-богослужебную семью», он не был ее членом. Обстоятельства его жизни в Загорске и отношения с другими духовными чадами о. Серафима в значительной степени остаются скрытыми; к этому присоединяется одиночество последних лет, о котором свидетельствуют как его письма, так и близко знавшие его люди.

Ввиду недостатка «внешних» сведений особое значение приобретает свидетельство людей, участвовавших в жизни «потаенных» общин, знавших Сергея Иосифовича и ощущавших внутреннее родство с ним. Представляем вашему вниманию фильм-интервью, содержащий несколько свидетельств о связях Сергея Иосифовича с мечёвскими кругами и о его жизни в последний, покровский, период.

Слева направо: В. Я. Василевская, Ирина Якунина, Е. С. Мень с внуком Мишей, Варвара Сергеевна Фудель, Александр и Нонна Борисовы, о. Александр Мень, с женой Наталией и дочкой Еленой у дома в Семхозе. 1961 г. Источник: Мень, А. прот. О себе… Воспоминания, интервью, беседы, письма. М.: Жизнь с Богом, 2007. С. 101. URL: http://www.alexandrmen.ru/books/o_sebe/5_glava.pdf

О связях, соединявших духовных детей архим. Серафима (Битюгова) не только с духовником, но и друг с другом, говорят воспоминания Павла Вольфовича Меня, одного из немногих живых членов этого круга. Елена Семеновна Мень, мать Павла Вольфовича и его брата, известного проповедника протоиерея Александра Меня, и ее двоюродная сестра, Вера Яковлевна Василевская, были духовными дочерьми архим. Серафима, который крестил и будущего отца Александра, и принимали участие в жизни семьи Фуделей во время третьей ссылки Сергея Иосифовича. Семья Меней была связана также с другими людьми, значимыми для С. И. Фуделя: иером. Иераксом (Бочаровым), отцом Петром Шипковым и схиигуменьей Марией.

Обстановку, в которой члены таких общин собирались на богослужение, в буквальном смысле подпольное, описывает Алексей Петрович Арцыбушев, арестованный по одному делу с Фуделем в 1946 г. Звучащий в воспоминаниях А. П. Арцыбушева термин «потаенная церковь» использовался митрополитом Иосифом (Петровых), а также епископом Серафимом (Звездинским), от которого через мать — монахиню Таисию — его воспринял и А. П. Арцыбушев. Помимо взвешенной церковной позиции, сформулированной еп. Серафимом («Я от митрополита Сергия не отделяюсь, но и не подчиняюсь»), это выражение точно характеризует подлинную церковную жизнь. Возникновение небольших общин близко связанных между собою христиан является не только реакцией на репрессии и внешние угрозы, но отражает сущность Церкви, которую С. И. Фудель выразил краткой формулой: «Церковь есть преодоление одиночества». Ведь жизнь христианской общины, являющей «образ Триединого Бога», протекает на глубине и остается сокрытой от глаз «мира сего».

Юрий Серафимович Кочетков, вторая половина 1970-х гг. Фотография относится к тому времени, когда будущий священник Георгий Кочетков со своей группой навещал С. И. Фуделя. Источник: Кифа № 3 (221), март 2017 года. URL: http://gazetakifa.ru/content/view/5626/201/

Свидетельства людей, познакомившихся с Сергеем Иосифовичем в последний период его жизни, позволяют до некоторой степени скорректировать представление о его одиночестве в эти годы: он не только пишет книги, но и, несмотря на очевидную опасность, встречается лично с молодыми людьми, в том числе в московских храмах, чтобы помочь им войти в церковную жизнь.
Александр Михайлович Копировский. Вторая половина 1970-х гг. Источник: Кифа № 3 (221), март 2017 года. URL: http://gazetakifa.ru/content/view/5626/201/
Так он приглашает почти незнакомых ему людей, будущего протоиерея Илью Шмаина и его супругу Марию Валентиновну, на тайное богослужение на дому у священника Николая Педашенко. Сергей Иосифович принимал и у себя дома молодых людей, приезжавших из Москвы. Среди них были будущий священник Георгий Кочетков и Александр Михайлович Копировский, которые в своих воспоминаниях передают духовный облик Сергея Иосифовича и свидетельствуют о его жизни в потаенной Церкви. Через Николая Евграфовича Пестова, с которым был близко знаком и С. И. Фудель, они также напрямую связаны с общиной святого праведного Алексия и священномученика Сергия Мечёвых.

В заключение еще раз напомним о видении будущего Церкви, выраженном Сергеем Иосифовичем в книге «У стен Церкви»:

«Началась новая и, может быть, последняя эпоха церковной истории, которая все больше будет походить на первую. По какой–то закономерности христианство возвращается в первохристианство не только духовно, но, так сказать, и географически: из деревень в большие города: “Рим” и “Эфес”, “Антиохию” и “Коринф”. Там будут создаваться новые последне-христианские общины, окруженные миллионами неверующих».


Примечания:

  1. Митр. Антоний Сурожский. Без записок [URL] (дата обращения: 29.07.2017).
  2. Фудель С. И. Моим детям и друзьям. М., 2012. С. 195.
  3. Там же. С. 220.
  4. Там же. С. 220.
  5. Фудель С. И. Письмо Н. С. Фуделю от 22 мая 1976 года. Собр. соч. в 3-х тт. Т.1. С. 516.
  6. Там же. С. 221.
  7. Там же. С. 220.
  8. Там же.
  9. Там же. С. 221.
  10. Фудель С. И. Церковь верных. С. 21—22.
  11. Фудель С. И. У стен Церкви. С. 107.
  12. Протоиерей Валентин Свенцицкий. Диалог четвертый. О Церкви // Диалоги. М., 2014. С. 117.
  13. Фудель С. И. Моим детям и друзьям, М.: Русский путь, 2012. С. 220.
  14. Фудель С. И. Церковь верных. С. 24.
  15. Цит. по Церковь верных. С. 25.
  16. Тропарь 9-й песни канона Феодору Начертанному, который приводит сщмч. Сергий Мечёв в письме общине из ссылки. «Друг друга тяготы носите...»: жизнь и пастырский подвиг священномученика Сергия Мечёва. М.: ПСТГУ, 2012. Кн. 2. С. 451.
  17. Протоиерей Валентин Свенцицкий. Диалоги. С. 118.
  18. Там же. С. 118.
  19. Последование об умножении любви, включенное святителем Афанасием Сахаровым в службу св. ап. Иоанну Богослову. ЦИА ПСТГУ, фонд свт. Афанасия (Сахарова). Ф. I. Оп. 1, 2 (V). N№ 59/1-2. Машинопись с пометами еп. Афанасия. [URL] (дата обращения: 28.07.2017).
  20. Фудель С. И. Моим детям и друзьям. С. 189.
  21. Фудель С. И. Записки о литургии и Церкви. М.: Русский путь, 2012. С. 23.
  22. Фудель С. И. Воспоминания. С. 85.
  23. Пер. С. С. Аверинцева.
  24. Фудель С. И. Воспоминания. С. 18.