Форум

Please or Регистрация to create posts and topics.

30 лет со дня кончины прот. Александра Меня

Вчера, 9 сентября, был день памяти прот. Александра Меня, и к 30-летию со дня его гибели было некоторое количество публикаций. В частности, на Правмире племянник о. Александра, прот. Виктор Григоренко, настоятель Сергиевского храма в Семхозе, поделился своими воспоминаниями об о. Александре.

https://www.pravmir.ru/pastyr-obrashhennyj-v-budushhee-30-let-so-dnya-gibeli-protoiereya-aleksandra-menya/

В том числе прот. Виктор рассказал о новой экспозиции в музее протоиерея Александра Меня. В основе музея богослужебные и личные вещи о. Александра. Обратила внимание на рассказ о скуфье, одном из экспонатов музея — она принадлежала свщмч. Сергию Мечёву. Незадолго до ареста он передал ее одной из своих духовных дочерей, а ее дочь передала ее своему духовнику о. Александру Меню.

архим. Серафим Битюгов

Круг семьи о. Александра Меня был тесно связан с архим. Серафимом Битюговым, с которым регулярно встречался и Сергей Иосифович Фудель. Таких же тесных контактов «мечевцев» с людьми, жившими в Загорске, насколько известно, не было. Но через эту историю со скуфьей видна преемственность служения о. Александра. И думаю, связь, конечно же, была не только через эту материальную святыню, но и по существу схожего, близкого понимания служения в Церкви.

 

Анастасия, спасибо за ссылку на воспоминания прот. Виктора Григоренко! Действительно, о круге церковного общения семьи Меней в Загорске, есть воспоминания самого о. Александра в сборнике «О себе» в разделе «О наставниках и учителях»: https://predanie.ru/book/76324-o-sebe/#/toc4

«Основы веры были заложены в семье: матерью, теткой и их друзьями — духовными детьми архимандрита Серафима (Батюкова) и «маросейскими».

Отец Серафим умер довольно рано, в сорок втором году, и я с ним виделся мало. Я запомнил общение с ним, исповедь у него, комнату во всех подробностях. Это происходило на квартире у Сергея Иосифовича Фуделя (автора книги о Флоренском, сына священника Иосифа Фуделя). Это было в Загорске, где мы жили в то время.

Мое детство и отрочество прошли под сенью преподобного Сергия. Там я часто жил у схиигуменьи Марии (http://www.fudel.ru/personalia/shiigumenya-mariya/), которая во многом определила мой жизненный путь и духовное устроение».

В этом же сборнике нашла упоминание о том, что Мария Николаевна Соколова (мон. Иулиания), иконописец, реставратор,  духовная дочь о.Алексея Мечева и одна из первых членов «маросейской общины», писала по просьбе о.Александра храмовую икону для церкви в пос. Алабино, где юный о.Александр начал служить сразу после рукоположения («Я замазал все безобразные изображения на стенах. Дал лучшим иконописцам заменить иконы — почти все сменил, в том числе Марья Николаевна Соколова написала для нас храмовую икону» («О себе»)). Мария Николаевна с конца 30-х годов и до конца жизни проживала в Семхозе, там она и погребена.

 

Цитата: Анастасия_В от 10.09.2020, 18:29

 

…тесных контактов «мечевцев» с людьми, жившими в Загорске, насколько известно, не было…

Относительно связей между «мечевцами» и кругом духовных чад о. Серафима (Битюкова) или прихожан храма мучеников бессребренниковКира и Иоанна на Солянке можно добавить несколько фактов. В 2019 году издательством Свято-Троицкой Сергиевой Лавры была выпущена книга воспоминаний духовной дочери иеромонаха Иеракса (Бочарова), сотаинника свт. Афанасия Ковровского и о. Серафима, Нины Владимировны Трапани «Другой жизни я не могла принять…» Автор воспоминаний рассказывает, что еще в 1927 году после выхода декларации митрополита Сергия (Страгородского), круг «непоминающих» приходов в Москве был небольшим (она называет 8 храмов и Даниловский монастырь): «Настоятели этих храмов встречались между собой, каждое новое распоряжение высшей власти обсуждалось совместно». Среди этих приходов — храм свт. Николая в Кленниках и Сербское подворье, т.е. храм Кира и Иоанна на Солянке.

В середине 30-х годов единственным епископом, кому можно было довериться и который был на свободе короткое время, для «мечевцев» и «солянских» был свт. Афанасий Сахаров. Нина Владимировна вспоминает, что в 1935 году он приезжал на станцию Лосинка в дом Веры Корнеевой, где тайно проживал иеромонах Иеракс (Бочаров) и сама Нина Трапани. Здесь владыка служил литургию и освящал икону Всем святым в земле российской просиявшим, написанную по его благословению одной из «мечевских» сестер Марией Николаевной Соколовой.

В интервью родной брат отца Александра Павел Мень вспоминает, что к концу войны и в первое послевоенное десятилетие он, будучи ребенком, встречал тех и других среди знакомых матери Елены Семеновны Мень. «Это всё был один круг церковного общения».

Анастасия В. права, что сообщества «маросейских» и «солянских», конечно, поддерживали общение друг с другом и обусловлено это было единым пониманием сути церковной жизни. Люди сродного устроения притягиваются друг к другу и нуждаются в поддержке и общении друг с другом. «Ночью была создана Церковь, долгая  ночь — весь ее исторический путь до второго прихода Господня, и кто же среди ночи в трудной дороге не ищет спутников? Только гордое сердце, еще не имеющее Бога.» (С.И.Фудель, «Моим детям и друзьям»)